Его жизнь и брак давно превратились в рутину, и он, отчаявшийся актёр, придумал радикальный способ всё исправить. Он нанял пару горе-бандитов, чтобы те инсценировали нападение на их уединённый дом. По его сценарию, злоумышленники должны были ворваться, связать его и жену и устроить небольшой спектакль с угрозами. Он верил, что этот выброс адреналина, шоковая терапия, заставит их снова почувствовать себя близкими людьми, спаянными общей опасностью.
Поначалу всё шло по плану. Его жена была напугана, как и задумывалось. Но постепенно её искренний страх стал уступать место леденящему подозрению. Слишком уж театрально вели себя эти бандиты, слишком много знакомых деталей проскальзывало в их действиях. Всё это отдавало его безвкусными режиссёрскими потугами, его вечными попытками "встряхнуть" их отношения любыми способами.
Теперь он оказался в ловушке собственной постановки. Ему пришлось изображать испуганного мужа, в то время как его жена всё увереннее разгадывала этот больной спектакль. Каждая её фраза, каждый взгляд становились испытанием. Чёрный юмор ситуации быстро сменился холодной, тихой яростью, которая висела в воздухе их дома.
Игра на нервах в четырёх стенах продолжалась. Вопрос "а ради любви ли это всё было" отравлял каждый тихий момент между ними. Он наблюдал, как его план, призванный спасти брак, методично разрушает последние остатки доверия, превращая их жизнь в ещё более изощрённый кошмар, чем тот, что он сам и устроил.
